Татьяна Дорош: профессия - человек

С Татьяной Дорош беседовала Мария Крижановская,
Ориенталь №0

Татьяна Павловна Дорош

Хотя липецкая школа восточного танца - одна из самых крупных, профессиональных и авторитетных в России, ее руководитель называет себя "абсолютным любителем" в танцах. Действительно, школа "Жемчужина" для Татьяны Павловны Дорош - своего рода масштабное хобби. Свое время она делит пополам между медициной и танцами, а сердце целиком отдает людям, с которыми работает: пациентам, ученикам. В Липецке ее знает и стар и млад. Когда она входит в троллейбус, с ней здороваются. Давайте и мы узнаем побольше о человеке, чьи строгие глаза смотрят на нас из судейской комиссии каждого значительного танцевального конкурса.

Татьяна Дорош начала танцевать в три года. Дедушка, директор культпросветучилища, считал, что девочка должна быть гармонично развита, поэтому с ранних лет она занималась искусствами: пением, игрой на аккордеоне, рисованием и танцами. Окончив школу, она хотела посвятить свою жизнь искусству, но поступать в институт культуры родители запретили - мама сказала, что это несерьезно. Со своей честной золотой медалью Татьяна могла поступить в любой вуз. Выбрала медицинский, чтобы освоить искусство врачевания и избежать судьбы быть учителем, как пять предыдущих поколений ее семьи. Сейчас в ее жизни нашли место и медицина, и искусство, и преподавание. Сказывается гармоничное воспитание.

- Я иногда думаю, как же интересно судьба складывается, иногда по моей воле, иногда нет… Когда я только создала "Жемчужину", мы с ансамблем выступили в геронтологическом центре (тогда это был интернат для престарелых) с благотворительным концертом. Это был концерт-лекция об истории танца. Детки танцевали восточный танец, и сама я тогда тоже еще чуть-чуть приплясывала. Директор этого интерната увидел меня на концерте и запал. Он в течение полугода ходил вокруг меня и уговаривал прийти к нему на работу, в интернат для престарелых, его заместителем. Он даже не знал о том, что я врач. Он думал, что я профессиональная танцовщица. Ведь в соцзащите необязательно иметь медицинское образование; прежде всего, эта работа подразумевает определенные человеческие качества - их-то он и рассмотрел.

Когда я после долгих-долгих переговоров дала согласие, посмотрели мое образование и узнали, что у меня за плечами и высшее медицинское образование, и клиническая ординатура, и работа терапевтом в онкологическом диспансере в течение последних 12 лет.
Татьяна Дорош - Я всю жизнь пыталась удрать от педагогической деятельности. Я сознательно выбрала вуз медицинский, непедагогический, чтобы не быть учителем. И все равно меня Бог и судьба привели к этому. Наследственность, наверное. Все-таки наша семья - это пять поколений учителей. Это уже на уровне генофонда.
В 2001 году меня взяли заместителем директора, начмедом, а год назад в декабре я стала директором.

Сейчас я - врач-руководитель областного геронтологического центра. У меня 155 постоянно проживающих стариков, плюс отделение временного пребывания протезно-экспертное, где сложные случаи диагностики и свежие ампутанты, люди с ампутированными конечностями. У нас и дети есть в этом отделении. Ампутанты получают у нас самые современные протезы. Они поступают к нам, мы месяц делаем им протезы, они учатся ходить и уходят от нас уже на ножках.

В своей родной геронтологии мы ежегодно проводим смотр самодеятельности. Я ставлю номера проживающим, они у нас танцуют русские народные танцы.

Итак, в первой половине дня Татьяна Павловна руководит геронтологическим центром, а во второй - танцевальной школой. Липецкой областной общественной организации "Клуб танцев народов мира "Жемчужина" в декабре исполняется пять лет. На сегодняшний день здесь занимается 212 женщин в возрасте от 8 до 74 лет. В школе три уровня обучения: начинающие, второй год обучения и продвинутые. Действуют семейные льготы: женщины из одной семьи платят как за одного человека. Мама, бабушка и внучка, или три сестры - они платят 200 рублей в месяц за 3 занятия в неделю, и ходят семьями. Выпускницы школы Юля Шишкина и Женя Шевченко уже открыли собственные школы в Липецке.

Юля Шишкина

- Я сама занимаюсь восточными танцами не так давно - с 1996 года. До этого занималась йогой шесть лет в школе гуру Ар Сантема, и нашей группе был предложен восточный танец как гимнастика. Я всегда склонялась к востоку, к восточным танцам, но информацию о них неоткуда было взять. Занималась народными танцами, в основном русским народным, классической хореографией, все время выискивала информацию о восточном танце из разных источников, видеоматериалы, книги, но у меня не было перед глазами живого учителя. И когда в 1996 году Ирина Черникина приехала в Липецк с семинаром и показала нам, что это такое, мы все, конечно, были в восторге.

Мы все здесь очень благодарны Ире Черникиной. Я думаю, что преподавание в Липецке было для нее своего рода подвижничеством - она ездила к нам два года, раз в две недели, проводила занятия по два дня подряд по 4-5 часов. Фактически, это ее заслуга - создание школы в Липецке.

Впрочем, изначально у нас не было идеи о создании школы или ансамбля. Была идея создать женский клуб по интересам, а восточный танец должен был стать одним из направлений. Мы планировали собираться, обсуждать свои дела, у нас были разные лекции: по визажу, по женским качествам, я приглашала йогов, парфюмеров… В этом клубе я вела восточные танцы. Потихонечку все остальное ушло на второй план, и остался один восточный танец. Хотя по выходным у нас до сих пор проходят встречи с интересными людьми. Недавно был полковник из московской школы выживания, учил, как правильно вести себя на улице. Девочки из косметических фирм рассказывают о правилах макияжа, портнихи приходят… очень много направлений. Все, что интересует женщин.

"Жемчужинки" развиваются в сложных условиях. Занимаются в зале для бокса, да и там не хватает часов. В группе новичков сейчас стоит 127 человек (да! охайте, капризные москвичи!) Я спрашиваю Татьяну Павловну - неужели ей не помогает администрация города? Могли бы хоть с помещением помочь. "Нет, - отвечает она. - В Липецке считают, что я пропагандирую чуждую русской провинции культуру. Меня не то чтобы гонят, но не признают, скажем так. Не содействуют". Конечно, я задала наивный вопрос. Но ведь, в сущности, Татьяна Павловна по призванию души занимается со стариками, женщинами и детьми той социальной работой, которой городские власти должны были бы заниматься по долгу службы.

- У меня много пенсионерок, около 20 человек. В основном женщины образованные, очень интеллигентные, я их ужасно всех люблю. У нас на конкурсах в Липецке я специально для них ввела номинацию "Мудрая Женщина" - для женщин после 50 лет. И они у меня все два раза в год в конкурсах участвуют, костюмы шьют, на телевидении танцуют местном, в клубах своих пляшут где-то. Например, одна из них - член клуба фотографов, она там исполняет восточный танец. Другая - художница, среди своих художников приплясывает, и так далее.

Виктория Афанасьева

Самой взрослой моей ученице - 74 года. Розалия Степановна Рабочая. На все свои юбилеи исполняет танец живота, поражая своих сверстников. Потрясающая женщина. Она занимается йогой, поет в хоре ветеранов, исполняет танец живота, муж у нее бард, гитарист, у них сын. Абсолютно благополучная семья, любят друг друга безумно. Она у меня - как знамя. Я ей говорю: "Твоя жизнь - просто пример для всех женщин". Она закончила Львовский Университет, экономист по образованию, ветеран труда… Молодец!

Вокруг меня такие люди. Я знаю, что есть другой контингент, но вокруг меня концентрируются такие. Мне, наверное, просто очень везет на них.

Очень немногие школы восточного танца в России занимаются с детьми, и это можно понять. У девочек еще нет того тела и тех чувств, которыми исполняется восточный танец. Неясно, какие движения им давать, какие не давать, с какого возраста можно начинать с ними заниматься и так далее. Однако в Липецке с детьми работают давно и успешно. Липецкие дети - особое явление. Это уже марка. "Ну, липецкие девочки пошли", - уверенно говорят в зрительном зале на любом конкурсе, когда видят характерную технику и постановку. Из "липецких девочек" выросли известные танцовщицы Ирина Попова и Екатерина Поликарпова. Восходящие звездочки Виктория Афанасьева и Елена Пешехонова - тоже воспитанницы Татьяны Дорош. Я пытаюсь выведать тайну, как же им там, в Липецке, такое удается.

- Я принимаю в группы девочек с 8-9 лет, это минимальный возраст для группы. Иногда приводят совсем маленьких, но с ними я только индивидуально занимаюсь. И все же, мне кажется, лучший возраст для начала занятий восточными танцами - 12-13 лет. В этом возрасте девочки формируются физически, у них начинаются месячные, появляется женственность. Впрочем, в Египте дети начинают обучаться с 6 лет, и им это никак не вредит.

Наваливать на малышек все, что существует в восточном танце, я считаю, аморально. Где-то до 13 лет танец для них - это игра. Игра в принцесс, фей, цветочки, Жаде из телесериала "Клон" и так далее. Это замечательно и хорошо, и это надо понимать. Я вношу игру в преподавание. Мы создаем образы: танцуем как медвежонок, как птичка, облачко… Учимся передавать разные состояния: например, легкости или структурности. Я выбираю для них музыку, в которой не говорится о чем-то сексуальном. Мы рассматриваем такие народные стили, как саиди с палочкой или халиджи, я им рассказываю про разные ритмы. Танцы мы делаем шутливые, игривые, пляшем в шароварчиках и топах. В группе они стоят вместе со взрослыми, а всю постановочную работу мы делаем с детьми отдельно.

Липецких девочек отличает не только характерная техника и хореография, но и внешний вид. Определенно, существует особая липецкая мода на костюмы. Все костюмы, в которых девочки выступают, шиты мамами. "У Леночки Пешехоновой зеленый костюм - это разработка двух мам, мамы Ани Сурковой и мамы Лены, - рассказывает Татьяна Павловна. - Они вдвоем придумали эти цветы, этот топ, чтобы костюм не был вульгарным, излишне сексуальным. Чтобы Лена не выглядела в нем маленькой женщиной, а выглядела девочкой. Все это было продумано".

Да, за всеми "липецкими девочками" чувствуются активные мамы. Нам, взрослым, завидно немножко. Тоже хочется, чтобы кто-то нарядил, причесал, на конкурс вывез, а потом еще и жюри за несправедливые баллы поругал. Однако Татьяна Павловна говорит, что танцевальное детство не так уж безоблачно, так что не будем торопиться сетовать на судьбу.

- С родителями много, много проблем. Самая типичная - это мамины амбиции. Когда мама желает, чтобы девочка стала звездой, и желательно сразу. А у девочки, например, нет данных, или она не очень хочет, или она вообще еще не решила, кем будет в жизни. Я пытаюсь объяснить маме, что ребенок должен развиваться, что у него свой путь по жизни, нельзя на него сажать свою понятийную сетку и двигать его по этому пути. С трудом выхожу из таких ситуаций. Мама и сама занимается, и девочке костюмы шьет, и маму заклинивает: ей нужны места, места в конкурсах. Это ужасно, самый плохой вариант.

Елена Пешехонова

Бывает наоборот: ребенок сильно хочет, а мама говорит, что это несерьезно, и вообще, лучше этим не заниматься. Иногда родители, узнав о том, что девочка пришла ко мне на занятия, говорили: "Это танец проституток, там готовят в ресторан" и забирали ребенка из группы. Это тоже крайняя позиция. Никакие объяснения не принимались, не удавалось проблему решить. Они уходили, эти дети.

Еще есть восточные папы - армянские, азербайджанские и прочие. Они, как правило, не против того, чтобы дети занимались. Они против того, чтобы дети где-то выступали. Говорят так: "Пожалуйста, пусть девочка занимается, но танцевать она будет для своего мужа, когда вырастет". Необыкновенно талантливые девочки занимаются, индивидуально приходят, но я не могу их выставить.

Самый лучший вариант, когда умная мама понимает, что девочка хочет развиваться в этом направлении и ей надо помочь.

- Татьяна Павловна, через вас проходит столько людей, и по тому, как вы о них рассказываете, видно, что вы искренне вовлекаетесь в жизнь каждого. Есть люди, которые разделяют профессиональные и личные отношения, но я понимаю, что это не ваш случай. Но на танцевальном и медицинском поприще вы работаете с таким количеством людей - их сотни и сотни! Неужели вас это не истощает, не выматывает?

- Да нет, это моя жизнь, я этим живу. Если не будет "Жемчужины", я, наверное, умру. Это действительно моя жизнь, у меня другой нет. Моя личная жизнь - это двое сыновей, а они уже взрослые, одному 27 лет, он женат, другому 22 года. Они живут уже своей жизнью, а меня терпят. Андрей, младший, ворчит - "У всех мамы как мамы, на кухне блины пекут, а ты болтаешься неизвестно где вечером". Но они меня любят, защищают, очень помогают, встречают иногда вечером. "Мам, если что - ты сразу звони, придем" - так говорят. В общем-то, мне кажется, они меня понимают. Во всяком случае, у нас не бывает конфликтов из-за того, что у меня до часу ночи девочки пляшут в квартире. Терпят, уже привыкли. Отвечают на звонки. Куда деваться.



Транскрипции и переводы арабских песен
Популярный арабско-русский словарь
Статьи сети
Обзоры кассет с шоу-программой
Обзоры учебных видеокассет






Последние сообщения








Размещение рекламы
© www.bellydance.ru. перепечатка только с разрешения администраторов
Есть вопросы? Пишите!   


Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100