"Cексбомба из соседнего двора"

"Я могла бы работать критиком или университетским преподавателем, но я знала, что танец живота - единственная профессия, которая даст мне тот успех, которого я хотела." Прима-танцовщица Дина излагает свою жизненную философию.

"Кайро Таймс", 5-18 Августа 1999

Далия Дабу и Мариам Фам (перевод Марии Крижановской)

Дина

"Я простая египетская девушка," - говорит она о себе. Если так, то она очень занятая простая девушка. Мы сумели выловить знаменитую танцовщицу в театре Наср, где она, в черной футболке и шортах, покуривая сигарету, следит за репетицией своей последней пьесы "Рода Карди" ("Отдай мне долг")

Она решила сделать танцевальную карьеру еще в детстве. "Я бы никогда не подумала о том, чтобы стать исполнительницей танца живота, но мне нравилось выступать на школьных мероприятиях, и однажды я поняла, что это - единственное дело, которым я хочу заниматься", - говорит Дина. Она поработала над этим, и в 15 лет сделала первый большой прыжок в карьере - ее выбрали в подтанцовку в самой модной пьесе 70х годов, "Мадрасат Аль Мошагибин" ("Школа смутьянов"). Ее отец был категорически против. "Он сказал, что я совсем заброшу учебу", - вспоминает Дина. Но тем не менее она устроилась на эту работу и жила на суточную стипендию в 6 египетских лир.

Потом была работа в группе народного танца, где Дину заметил руководитель и вывел на путь сольной танцевальной карьеры. С тех пор она попала на сцену ночного клуба и начала свое восхождение к звездной вершине.

Похоже, эта молодая незамужняя женщина в консервативном обществе вела довольно безответственную, богемную, даже дикую жизнь? Нет, говорит Дина. "Даже в юности, когда я жила одна, я устанавливала для себя четкие правила. Мне нравилось ходить на вечеринки и танцевать, как и многим в моем возрасте, но больших ошибок я не совершала… Нужно быть очень сильной и целеустремленной личностью, чтобы покинуть родной дом и пробиться в реальном мире."

Дина хочет, чтобы мир видел ее не только жесткой и целеустремленной, но и эмоциональной. "Я считаю себя женщиной с горячим темпераментом, невероятно романтичной, и у меня сильная индивидуальность - я во многом похожа на свою мать". Дина, впрочем, немного корит себя за "слишком естественное" поведение.

"Я никогда не отгораживаюсь от народа", - говорит она. Может быть, это звучит как обычное "звездное" кокетство, но ее действительно иногда встречают в городе, например, когда она совершает покупки в обычных магазинах.

Рассказывают, что она приходила в Каирский Университет писать экзаменационную работу по философии закутавшись в шарф и надев темные очки, в тщетной надежде, что ее не узнают. У нее, в отличие от ее главной соперницы Фифи Абду, нет такой армии телохранителей, которая колотила бы любого, кто случайно приблизится.

Дина и Абду олицетворяют собою два диаметрально противоположных подхода к профессии. В то время как Абду, которая выбилась "из грязи в князи", наслаждается своим образом "царицы ночи" и честно проживает его, Дина хочет воплощать собою больше чем один архетип, и в том числе хочет быть немного принцессой. Но как это сделать в обществе, где само слово "рáкаса" (танцовщица, исполнительница танца живота) имеет презрительный оттенок? Дина обвиняет фильмы, особенно старые, в создании танцовщицам сомнительной репутации. "Старые фильмы часто показывали танцовщиц лидерами каких-то банд, разлучницами, соблазняющими чужих мужей", - отмечает она. Но в отличие от многих своих коллег, Дина не настаивает на том, чтобы ее называли "ракесой" (более формальное произношение слова, означающее более серьезное отношение к искусству танца). "Все обычные люди на улицах называют меня ракасой".

Дина

Удалось ли Дине изменить отношение публики к людям ее профессии? Нет, сознается она, особенно если учесть те роли, которые она сыграла в кино. Она часто выбирала роли, которые больше показывали ее тело и внешность, чем артистические таланты. В большинстве фильмов, таких как "Аль Манси" ("Забытая"), "Истакоза" ("Лобстер") и "Ишр Аль Бундук" ("Ореховые скорлупки"), Дина была девушкой в самой короткой юбке и целовалась чаще всех. Но она может указать и на роль танцовщицы Каримы, которую она сыграла в телесериале "Рода Кэльби" ("Верни мне мое сердце") - эмоциональной, ранимой, романтической персоны, которая готова пожертвовать всем ради любви. И, конечно, у нее есть степень по философии. "Я могла бы работать критиком или университетским преподавателем, - говорит она, - но я знала, что танец живота - единственная профессия, которая даст мне тот успех, которого я хотела." Правда, она немного сожалеет, что стигма танцовщицы отгораживает ее от так называемого "благопристойного общества".

Отрицательное отношение к танцовщицам, разумеется, подлило масла в огонь прошлогоднего крупного скандала в шоу-бизнесе: тайного замужества в течение трех месяцев, ее готовившегося отказа от танцевальной карьеры. Она раскрыла детали в телевизионных ток-шоу. Она согласилась выйти замуж тайно, чтобы избежать гнева родителей жениха. (Большинство семей считает, что танцовщицу почетно пригласить выступить на свадьбе, но она никогда не должна быть на месте невесты их сына.)

Брачный контракт и портреты ее и ее бывшего супруга был опубликованы в желтой газете "Акбар Аль Нугум". (Кто предоставил изданию эти документы - до сих пор не известно.)

"Я сделала ошибку, выйдя замуж за личность очень слабую, и сделав это тайно", - признает Дина. Она утверждает, что влюбилась и вышла замуж, потому что жених ее был настоящим красавцем, но потом обнаружила, что этот человек встречается с другой женщиной. К тому же он брал деньги в долг и кутил по ночам в клубах. "Только после свадьбы проявляется истинная суть мужчины", - говорит она. Хотя Дина считает себя ревнивой женщиной, собственницей, она говорит, что никогда не стала бы сражаться за то, чтобы вернуть человека, который ее предал. "Это просто не стоит труда. Это бессмысленная головная боль, особенно в свете того, что я наделена даром забывать и продолжать жить дальше."

Но не так легко было пережить предательство, как хотелось бы Дине. Одним из симптомов ее душевных переживаний стало заявление о прекращении танцевальной карьеры, опубликованное прошлым летом в газете "Роз Аль Юссиф". Это не был полный отказ от танца, с сокрытием лица под паранджой, Дина даже сказала, что будет продолжать выступать перед чисто женскими аудиториями, и тем не менее это было шокирующее заявление. Теперь Дина отказывается от своих слов. Она подчеркивает, что ее отказ от карьеры продлился всего четыре дня, и пришелся как раз на дни, когда оформлялся развод, и она была в глубокой депрессии. Ее бывший муж, как она утверждает, промывал ей мозги "какими-то дикими религиозными идеями. Иногда он вел себя как очень набожный человек, а иногда проводил веселые ночи в клубе "Пицца Помодоро".

Она не считает себя лицемеркой. "Я не очень религиозный человек, но я хорошо понимаю нашу религию, Ислам." Вот почему она чувствует себя глубоко оскорбленной, когда некоторые проповедники-популисты заявляют, что танцовщицы не должны кормить бедных во время Рамадана или совершать Хадж. "Хадж - один из столпов Ислама. Никто не может остановить меня, если я хочу совершить Хадж, или внушить мне, что Бог не примет мой поступок", - настаивает танцовщица. И она хвалит Фифи Абду за ее популярные и богатые угощения в Рамадан. "Бог может принять то, что делает Фифи Абду для бедных, но не принять это от какого-нибудь умного бородача".

В театр входит Шериф Мунир, актер-звезда, участвующий в спектакле "Рода Карди", и Дина комментирует легкую открытую майку, в которую он одет: "Я бы хотела быть мужчиной, чтобы можно было так одеваться, особенно в такую жаркую погоду." Звучит забавно, учитывая все эти разговоры о нарядах, в которых она танцует. Можно с уверенностью сказать, что Дина существенно сдвинула границу дозволенной сексуальной экспрессии в танце.

Дина утверждает, что ее не интересует мнение людей по этому поводу. "Некоторые люди приходят смотреть не на танец, а на мои ноги. Это их проблема, а не моя. Даже если эти люди пойдут смотреть балет, они могут рассматривать белье танцовщиц, а не созерцать их искусство. И я не буду танцевать в галабие или мешковатых одежках, чтобы закрыть свои ноги!"

Приемлемость наряда - это вопрос контекста, отмечает она. Когда женщины носят бикини на пляже, "это не значит, что у них нет принципов, - говорит Дина. - То же самое можно сказать о танцевальных костюмах, которые я надеваю в правильных местах. Я же не расхаживаю по улицам в лифчике для танцев!"

С начала этого года Дина замужем за режиссером Самехом Аль Багури. Представитель другого слоя шоу-бизнеса, он создавал ее первый танцевальный видеоклип, и так они познакомились. В своем втором браке Дина учитывает важные уроки первого.

На этот раз она старалась быть более зрелой в своем выборе. Но решающим фактором снова стала внешность. "Я люблю красивых, привлекательных мужчин, - говорит она, глядя на своего мужа с обожанием, - он красив, как молодой месяц, благослови его Бог".

Второй важной для Дины чертой является чистоплотность мужчины. "Если мужчина достаточно красив для меня, я смотрю на его уши, носки и ногти, чтобы понять, насколько он чистоплотен. Я не смогла бы быть с грязнулей. А уже потом меня интересует его внутренний мир".

Танцовщица говорит, что ей очень нравится проводить время вдвоем с супругом, вдалеке от безумия шоу-бизнеса. Их любимое место для прогулок - Дрим Парк. "Я могу проводить все свободное время в парке аттракционов. Это самое любимое место. Я повела Самеха в Дрим Парк и мы катались на всех аттракционах. Он сдался на карусели "Топ Спин".

Сейчас мысли Дины заняты материнством. "В конце этого месяца я узнаю, беременна ли я", - приоткрывает она семейную тайну. Она говорит, что теоретически могла бы оставить танцевальную карьеру, если бы дети попросили ее об этом. Но добавляет, что такое вряд ли может случиться. "Я не думаю, что воспитаю своих детей эгоистичными и ограниченными." (Напоминаем, что статья 1999 года - потом у Дины родился сын. - Z.)

Напротив, она собирается поощрять в них умение принимать решения, делать собственный выбор, и не будет принуждать их к чему-либо. "Если моя дочь захочет быть танцовщицей, я ей позволю. Мой отец пытался запретить мне, но я все равно сделала так, как считала нужным. Так что я сыграю для дочери ту роль, которую не приняли мои родители - буду поддерживать ее, помогать ей, и защищать от опасностей профессии". Дина в образе примерной матери? Надо полагать, не так уж трудно будет совершить это перевоплощение женщине, которая может быть и соблазнительной, и влюбленной, и интеллектуальной, и невинной, и мудрой, и просто - девчонкой из соседнего двора.



Транскрипции и переводы арабских песен
Популярный арабско-русский словарь
Статьи сети
Обзоры кассет с шоу-программой
Обзоры учебных видеокассет






Последние сообщения








Размещение рекламы
© www.bellydance.ru. перепечатка только с разрешения администраторов
Есть вопросы? Пишите!   


Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100